Доберман Треф
Треф идет в -политику-

Преступники были совершенно не готовы к новым приемам розыска, которые стали использоваться с появлением Трефа. Для всех было в этом что-то мистическое: животное, идя невидимым следом, раскрывало самые загадочные преступления. Каждое расследование превращалось в сенсацию, портреты Трефа и Дмитриева печатались не только в российских, но и в европейских газетах, об их деятельности писали в подробностях. Но мало кто знал, что Трефа используют не только для раскрытия уголовных преступлений. В 1911 году агенты охранного отделения накрыли большую группу анархо-коммунистов, готовившихся провести серию акций безмотивного террора: устраивать взрывы в местах скопления буржуев - в театрах, роскошных ресторанах, на бирже и т.д. Что-бы добыть средства для ведения террористической борьбы, анархо-коммунисты занялись грабежами, которые они высокопарно называли -экспроприациями-. На этом, собственно, и попались. Один из арестованных боевиков, некто Филиппов, был опознан как участник восстания на броненосце -Потемкин-. И не просто участник, а один из тех, кто лично участвовал в казни трех офицеров. Заочно он был приговорен к повешению еще тогда, в 1905 году, и теперь спастись мог только по ходатайству следствия. Спасая свою шкуру, Филиппов заговорил, вывалив все, что знал. В 1905 году, после того как экипаж -Потемкина-, сойдя на берег в Румынии, разошелся кто куда, Филиппов, помотавшись по России, осел в Брянске. Там он случайно познакомился с лидером боевиков группы анархо-коммунистов Савельевым, который предложил ему принять участие в экспроприациях. Анархисты очень уважали Филиппова за умение -чисто делать дело- и уходить от полиции. Филиппов открыл следствию, что -главная квартира- группы находится в Брянске, в доме его приятеля Маливы. Для -прикрытия- Малива содержал на дому бондарную мастерскую. Из Москвы в Брянск были направлены четверо опытных филеров, которые долго следили за Маливой и его домом, а потом произвели арест. Однако при обыске ничего отыскать не удалось. Вот тогда-то и вспомнили о Трефе. По просьбе начальника московского охранного отделения, полковника жандармерии Павла Павловича 3аварзина собаку-сыщика с его проводником направили в Брянск. Начав обследование дома бондаря, Треф, нигде не задерживаясь, походил по комнатам и сел. Дмитриеву стало ясно, что никаких тайников в доме пес не нашел. Его вывели во двор, но и там все повторилась. Оставался еще большой огород. Треф обнюхал Маливу и побежал именно туда. Там, побегав вдоль забора, залаял и начал рыть лапами землю. В дело вступили городовые с лопатами. Люди выкопали довольно глубокую яму, прежде чем нашли то, что учуяла собака. Это был смоленый бочонок с запасом взрывчатки для нескольких бомб, крупной дробью -для начинки-, пробирками для кислотных детонаторов, корпусами для бомб и 200 экземпляров журнала анархистов -Буревестник-. На самом дне бочонка нашли сверток с документами и фотографиями. На одной из них был изображен Малива в матросской форме, рядом с ним стояла женщина, в которой узнавалась его жена. На фотографии имелась надпись: Владивосток. Фотография -Экспресс-. В том же свертке лежали паспорта и другие бумаги, выписанные на имена Купченко и Шестовой. Как оказалось, -бондарь- Малива дезертировал с военного корабля, при попытке ограбления церкви убил священника. Жившая с ним Шестова была известной во Владивостоке воровкой.
Этот розыск в Брянске позволил потом обнаружить по всей России несколько законспирированных групп террора. Всего по делу было арестовано 35 человек, и все они были осуждены на большие сроки каторги, а те, кто убивал, пошли на виселицу. Лишь Филиппову вышло снисхождение. Как выяснило следствие, вместе с казненными им на -Потемкине- офицерами на счету Филиппова было одиннадцать трупов, но за помощь следствию, как и было обещано, жизнь ему сохранили, приговорив к бессрочной каторге. После революции, в почетном звании -жертвы царизма-, Филиппов вернулся в Брянск, где стал председателем местной ЧК.

читать дальше