Доберман Треф
На службе у Керенского

Звездная пара сыщиков не потерялась и после гибели империи. В 1917-м сыскная полиция была преобразована в уголовный розыск, и Владимир Дмитриев с Трефом продолжили служить фактически на прежнем месте. Работы им сильно прибавилось: Временное правительство объявило амнистию как политическим, так и уголовным преступникам. Птенцы Керенского, как называли себя амнистированные, принялись воровать, убивать и грабить. Новая власть была слаба, и зачастую даже пойманные преступники избегали наказания. Потому, не надеясь на законное возмездие, их часто не передавали в руки правосудия, а расправлялись по-свойски. Очень характерен в этом отношении эпизод в боевой биографии сыщицкого тандема, имевший место уже незадолго до октябрьского переворота. В сентябре 1917 года Дмитриев и Треф выехали во Владимирскую губернию, где в Покровском уезде, недалеко от села Орехово, произошел целый ряд разбойных нападений на проезжавших лесной дорогой купцов. Несколько раз в лесу натыкались на остатки кострищ, в которых среди угольев находили человеческие кости. Накануне приезда Дмитриева и Трефа в окрестностях Орехова погиб шестидесятилетний Федор Переяславов, которому раскроили череп ударом топора: его останки, найденные в кострище, сумели опознать. Родственники рассказали, что у убитого при себе должны были быть З5 рублей денег. Также нигде не нашли его хороших кожаных сапог. Треф покрутился на поляне возле жуткого кострища и взял след. Проделав более десяти верст по лесу, он вывел Дмитриева к деревне Губино, где привел к одной из изб. Из разговора с хозяином дома выяснилось, что все то время, пока возле Орехова происходили разбои, у него квартировал один из -птенцов Керенского-, амнистированный каторжник Лука Шумов. Шумов жил в Губине до тех пор, пока по волости не пошел слух о приезде московского сыщика с его знаменитой собакой-ищейкой. После этого Лука скрылся. Пока сыщик беседовал с крестьянином, возле дома ,собралась толпа губинских мужиков, которые стали требовать от Дмитриева, чтобы он пустил Трефа по следу в лес: они хотели поймать Шумова и прикончить его самосудом. Не желая оказаться впутанным в неблаговидное дело, Дмитриев сказал, что прежде надо отыскать сапоги, снятые разбойником с убитого. Трефу приказано было искать, но к лесу его Дмитриев не пустил, и пес нашел другой след, приведший в соседнюю деревню, к дому мужика, которому Шумов продал снятые с Переяславова сапоги. В Губино сыщик и его помощник вернулись только поздно вечером. А ночью, тайком от селян, Дмитриев пустил Трефа по следу, ведшему в лес. Вместе с ним в облаву пошли староста и несколько крестьян. Треф вел их почти четырнадцать верст, они миновали границу Покровского уезда и уже в Гуслицах, в Богородском уезде, вышли к логову разбойника. Шумова они застали спавшим у догоравшего костерка. Разбойника схватили и, навешав ему по шеям, допросили. Лука сознался во всех убийствах. Кто были убитые им люди, он понятия не имел, и на кого напасть определял -на глазок-: по одежде, наличию часов, хорошей лошади. У всех убитых находил порядочные деньги. Ошибся лишь раз, с Переяславовым - польстился на хорошие сапоги, а в карманах отыскалось лишь 35 рублей. Шумова сдали в волостное правление для отправки к судебному следователю, а Дмитриев и Треф выехали в Москву. Там из газет Дмитриев узнал, что когда Шумова повели к следователю, большая толпа крестьян отбила его у конвоя и совершила-таки над ним самосуд.

читать дальше