собаки полиции и спецслужб

Моя первая книга о собаках "Обреченные на любовь" вышла в свет в Калининградском издательстве сразу после начала перестройки. В то время требовалось определенное мужество, чтобы вставить в нее несколько абзацев о методах дрессировки собак в спецвойсках Вермахта. Об НКВД, КГБ и подобных организациях я вообще не заикался.

Сейчас эта книга стала библиографической редкостью. Отрывок из нее я приведу в этой главе.

Оговоримся сразу. Не надейтесь найти в этих методиках нечто из ряда вон выходящее. В конечном итоге любая специальная дрессировка стремится добиться одной и той же цели - научить собаку спецслужбе: розыскной, следовой работе, охране и задержанию людей, поиску наркотиков или взрывчатых веществ.

Эти специальные задачи весьма разнообразны. Вот, например, для слежки за "шпионом" Пеньковским комитетчики применяли мелких собак, натасканных только на его запах. Прогуливающиеся с болонками или шпицами старички и старушки не вызывали у Пеньковского подозрения, тем более что "вели" его на значительном расстоянии, постоянно подменяя друг друга.

Надо сказать, для спецслужбы не используются собаки широкого профиля. С самого начала собака должна быть ориентирована на какую-то одну конкретную задачу, например на поиск стреляных гильз - тогда она выполняет эту работу безукоризненно.

В 60-е годы, когда судьба занесла меня в милицейский питомник, мне довелось готовить по заказу Иркутского КГБ двух собак для поиска наркотиков. Сроки были настолько сжатые, а требования настолько категоричны, что приходилось учить собак самым жестким методом - превращать их в наркоманов.

Были закуплены двухгодовалые кобель и сука русского спаниеля, достаточно послушные городские псы, выполнявшие у своих прежних хозяев роль не охотничьих, а декоративных собак. Меня полностью освободили от работы в питомнике областного уголовного розыска, где я числился заместителем начальника капитана Любимцева. Взяли соответствующую подписку о неразглашении и выдали определенное количество "травки", "порошка" и сырца.

В моем распоряжении был всего один месяц. (Зарплату, надо сказать, мне не повысили и даже премию не пообещали).

Не спорю, обученные мной спаниели принесли много пользы. Сперва рынок, а потом и вокзалы, аэропорты собаки контролировали в сопровождении одетых в штатское комитетчиков. И безошибочно находили наркотик в закрытых наглухо чемоданах, в замаскированных среди ящиков с фруктами целлофановых пакетах, в других местах.

И все-таки горечь за этих собак до сих пор гложет мне душу. К сожалению, и нынче большинство нерадивых кинологов под давлением начальства ускоряют дрессуру собак спецслужб подобными некорректными методами.

Тут можно сразу рассказать о самом быстром и результативном методе в отработке с собакой задержания человека.

Берется смелая агрессивная собака и натравливается на человека. На человека со связанными руками, босого. В Нальчике существовала раньше Международная школа собаководства служб МВД. Учились там кубинцы, поляки, чехи. И русские тоже. В этой школе в 1970 году мне показывали трофейные ленты фашистского времени.

Очень впечатляюще выглядело задержание двумя доберманами человека в полосатой одежде. Не знаю, в каком концлагере проводилась эта съемка: человеку дали отбежать метров на двадцать, а потом пустили собак. Не прошло и минуты, как у жертвы были откусаны, вырваны все выступающие части тела - нос, пальцы, половые органы. Нелепый, окровавленный обрубок агонизировал на земле, а доберманы в своей обычной "змеиной" манере "жалили", догрызали это тело.

Доберманы любят работать в паре, и на задержании два добермана опаснее четырех овчарок. Потрясающая реакция, коварный метод атаки, неукротимый азарт. Так же четко работают доберманы по следу. Служебное собаководство не знает другой столь чуткой породы.

Доберманы, используемые Интерполом, тоже работают в паре, об этом мы еще расскажем. В свое время гениальный полководец А. Македонский "поставил под ружье" четыре тысячи собак. Огромные мастифообразные псы, одетые в попонки из кольчуги, обращали вспять не только пеших и конных воинов, но даже боевых слонов персов.

Гитлер имел в своей армии четыреста тысяч отлично обученных собак. Большую их часть составляли знаменитые универсальные немецкие овчарки, но немало было и других серьезных в служебном, боевом отношении пород: ризеншнауцеры, доберманы, немецкие доги. Овчарки, применяемые для охраны и сопровождения высших офицерских чинов Вермахта, отличались короткой черной шерстью и огромными (для овчарки) размерами. В основном же ставка делалась на невысоких (стандарты немецкой овчарки в холке в то время были сантиметров на десять меньше), "коренастых", с крепкой нервной системой псов.

Отбраковка по физиологическим, а главное, по психологическим факторам шла очень жестко. В разведении принимало участие все население. В результате очень скоро Гитлер получил для различных служб и ведомств почти миллион четвероногих помощников.

Хотя до начала войны фашисты не натаскивали, по крайней мере открыто, собак на живых людей, методика дрессировки была весьма и весьма жесткой. Например, после предварительных занятий, вырабатывающих отказ от пищи, разбросанной возле места дрессировки, заключительный этап проводился с применением яда.

Известно, что волки, собаки, шакалы, лисы умеют отлично противостоять любой попытке отравления. Если в отравленном куске мяса яда будет много, животное этот кусок срыгнет и никогда больше отравленную приманку не возьмет. Если яда будет мало, срыгивание произойдет, когда он уже частично проникнет в организм. Животное переболеет и сделает вывод на всю жизнь.

Немцы же на втором этапе дрессировки клали в пищу повышенные дозы яда. Часть собак погибала. Однако к этому верные поклонники расовой теории о выживании сильнейших относились хладнокровно. Часть собак срыгивала вовремя. Часть вообще не прикасалась к пище, памятуя прежние занятия.

Не менее жестко проводились дрессировки по общему курсу послушания. Собаки работали чрезвычайно четко, хотя в этой работе было что-то от бездушных механизмов. Неудивительно, что дрессировка, основанная в основном на принуждении, редко вызывает у дрессируемого хорошее настроение. Но немцы с присущей их нации прагматичностью добивались от четвероногих солдат беспрекословного, четкого исполнения приказов, другое их не волновало.

Натаскивание на человека происходило поэтапно. Этап первый - групповая атака молодыми собаками говяжьей или бараньей туши, одетой в человеческую одежду. Туша подвешивалась над землей, псы рвали одежду, стремясь побыстрей дорваться до мяса. (Вспомним наши занятия по защитно-караульной службе, когда псы хватают ватный дресс-костюм, стараясь не ущипнуть, хотя бы и случайно, голое тело).

Этап второй - нападение на помощника, одетого весьма своеобразно. Дрессхалат, проложенный пористой резиной, а изнутри подбитый пробкой. И кусать приятно, и дрессировщика не покалечишь. Вокруг шеи брезентовый пожарный шланг, спереди передничек из куска автомобильной покрышки, а на лице фехтовальная металлическая маска. В руках короткая палка. Поощряются нападения на горло, на пах, где такой "вкусный" передник. Защита от палки - на усмотрение пса. В дальнейшем палка заменяется пистолетом с холостым, неопасным, но обжигающим и громким холостым зарядом.

После первого же знакомства с оружием собака уже никогда не позволит направить его на себя. После стопроцентного усвоения общего курса дрессировки (он в то же время был значительно легче, чем сейчас), после уверенной атаки сначала на одного помощника с любым вооружением, а потом и на двух собак отбирали по проявленным способностям и начинали готовить уже более целенаправленно.

Часть обучали охранять высоких начальников. Тут главенствовал любопытный способ обучения многим командам через одну направляющую. В сущности, многие команды подразумевают разнообразные действия. Дав команду "ищи" и бросив вещь в кусты, мы задействуем и движение вперед, челноком, и работу обоняния, и многое другое. А немцы последовательно и конкретно учили собаку-защитницу, собаку-охранницу, исходя из команды "чужой".

Собака должна полностью обездвиживать гостя, человека, к которому относится эта команда, но не нападать на него без оснований. Правда, они применяли другую команду - "ахтунг!" ("внимание").

Напомню, что для пса совершенно безразличен набор звуков, ориентирующих его на то или иное действие. Подбирайте команды сами, это ваше личное дело и, может быть, даже ваш секрет. Я, например, вместо команды "чужой" тихонько говорю своему псу "чиж".

В этой специальной дрессировке главными были три команды: "чужой", "спокойно", "свой". Каждая из них подразумевала целый комплекс команд, комплекс действий, особый стиль поведения. Получив команду "свой" и обнюхав, запомнив человека, собака в дальнейшем была к нему совершенно равнодушна. Этот человек мог прийти в дом хозяина в его отсутствие, вынести все вещи - собака была индифферентна. Не мог этот человек делать только три действия: напасть на хозяина, гладить собаку или командовать ею и кормить эту собаку или даже просто предлагать ей пищу.

На предложение пищи собаки-охранники реагировали в случае первой вводной команды "свой" одинаково - сбивали этого человека с ног и охраняли его до прибытия хозяина. Команда "спокойно" давала возможность человеку, к которому она относилась, некоторую свободу действия. Естественно, нападение на хозяина, обращение к собаке - строжайшее табу и пресекается ею мгновенно. Кроме того, уходя, он не мог вынести из дома даже спичку. Пес сразу останавливал нарушителя на выходе грозным рыком. Но в целом человек, опекаемый командой "спокойно", мог передвигаться по комнате, не делая резких, угрожающих движений, вести себя более-менее свободно. В случае же "нарушений" этих границ, на него не нападали без предупреждения, сначала следовало предупредительное рычание.

читать дальше